СТАТЬИ
Секс в эпоху Просвещения. Часть 2.
Большинство авторов, писавших на эту тему, согласно с этим, и заявляют, что этот порок нигде не был так широко распространен, как в Англии. Этот взгляд трудно опровергнуть как потому, что большинство документов о флагелляции английского происхождения, так и потому, что ни в какой другой стране так открыто и прямо не прославлялось употребление розги.
Вуайеризм
К числу наиболее пикантных удовольствий относилось удовольствие находиться в роли вуайериста. Тайный свидетель, которым по обыкновению выступал мужчина, наслаждался пикантными зрелищами своих любовниц или даже жен. Красавицы ловкими движениями старались выставить напоказ все, что достойно лицезрения. Именно в это время вошли в моду качели с их «счастливыми случайностями». Ни одно развлечение не пользовалось такой популярностью. Это доказывают сотни картин и гравюр, изображающие, как красивые женщины отдаются этой забаве, делая свои прелести доступными взорам любопытных мужчин. Ярким примером является полотно «Качели», также известное как «Счастливые случайности качания на качелях», знаменитого французского живописца XVIII века Жана Онре Фрагонара (Jean-Honoré Fragonard). Вот что пишет сам автор:
Оргии
В XVIII веке разврат достиг своего высшего развития в лице герцога Орлеанского Филиппа (1674-1723), племянника короля Людовика XIV и будущего регента. Этот новый представитель придворного разврата получил должную оценку в эпитафии, предназначавшейся для могилы его матери: «Здесь покоится мать всех пороков». Французский двор при его правлении имел самую дурную репутацию в Европе, и именовался не иначе как «вертеп».
С первого дня назначения герцога Орлеанского регентом Французского королевства, оргии стали обычным состоянием господствующих классов, а участие в них доставляло славу и удовлетворяло честолюбие. Отныне любили в полном смысле слова публично. Разнузданность достигала небывалых границ, и это неудивительно, ведь единственный изданный в это время закон гласил: «Будем развлекаться!». Под этим развлечением подразумевались самые вульгарные способы. В этот период разврат лишен всякой грации и носит чисто "скотский" характер. Все идет ускоренным темпом: утром люди видятся первый раз, вечером уже начинается беспорядочное половое смешение.
Главным центром этих оргий был королевский дворец Пале-Рояль (Palais Royal), выстроенный герцогом Орлеанским в центре Парижа. Но и в других местах умели развлекаться. Братья Гонкур (Edmond and Jules Goncourt) указывают на, так называемые, «праздники Адама», устраиваемые в частных салонах в Сен-Клу, в которых красивейшие дамы «из лучших фамилий» участвовали в костюме Евы. Кульминационной точкой этих интимных праздников был обыкновенно всеобщий обмен метрессами. Участвовать в таких пиршествах было честолюбивейшей мечтой очень многих дам.
Вуайеризм
К числу наиболее пикантных удовольствий относилось удовольствие находиться в роли вуайериста. Тайный свидетель, которым по обыкновению выступал мужчина, наслаждался пикантными зрелищами своих любовниц или даже жен. Красавицы ловкими движениями старались выставить напоказ все, что достойно лицезрения. Именно в это время вошли в моду качели с их «счастливыми случайностями». Ни одно развлечение не пользовалось такой популярностью. Это доказывают сотни картин и гравюр, изображающие, как красивые женщины отдаются этой забаве, делая свои прелести доступными взорам любопытных мужчин. Ярким примером является полотно «Качели», также известное как «Счастливые случайности качания на качелях», знаменитого французского живописца XVIII века Жана Онре Фрагонара (Jean-Honoré Fragonard). Вот что пишет сам автор:
«Вскоре после закрытия салона в 1763 году за мной прислал один господин и просил зайти к нему. Он как раз жил с любовницей на даче. Сначала он осыпал меня комплиментами по поводу моей картины и затем сказал, что хотел бы иметь другую, идею которой он мне сам изложил. «Я хочу, - заметил он, - чтобы вы изобразили madame на качелях. А меня поставьте так, чтобы мне видны были ноги красавицы, а если вы мне хотите сделать удовольствие, то и кое-что сверх этого».
Оргии
В XVIII веке разврат достиг своего высшего развития в лице герцога Орлеанского Филиппа (1674-1723), племянника короля Людовика XIV и будущего регента. Этот новый представитель придворного разврата получил должную оценку в эпитафии, предназначавшейся для могилы его матери: «Здесь покоится мать всех пороков». Французский двор при его правлении имел самую дурную репутацию в Европе, и именовался не иначе как «вертеп». С первого дня назначения герцога Орлеанского регентом Французского королевства, оргии стали обычным состоянием господствующих классов, а участие в них доставляло славу и удовлетворяло честолюбие. Отныне любили в полном смысле слова публично. Разнузданность достигала небывалых границ, и это неудивительно, ведь единственный изданный в это время закон гласил: «Будем развлекаться!». Под этим развлечением подразумевались самые вульгарные способы. В этот период разврат лишен всякой грации и носит чисто "скотский" характер. Все идет ускоренным темпом: утром люди видятся первый раз, вечером уже начинается беспорядочное половое смешение.
Главным центром этих оргий был королевский дворец Пале-Рояль (Palais Royal), выстроенный герцогом Орлеанским в центре Парижа. Но и в других местах умели развлекаться. Братья Гонкур (Edmond and Jules Goncourt) указывают на, так называемые, «праздники Адама», устраиваемые в частных салонах в Сен-Клу, в которых красивейшие дамы «из лучших фамилий» участвовали в костюме Евы. Кульминационной точкой этих интимных праздников был обыкновенно всеобщий обмен метрессами. Участвовать в таких пиршествах было честолюбивейшей мечтой очень многих дам.
|
А. С. Пушкин о Франции XVIII века В своём незаконченном произведении «Арап Петра Великого» А. С. Пушкин дал ироничную характеристику эпохе Регентства: «По свидетельству всех исторических записок ничто не могло сравниться с вольным легкомыслием, безумством и роскошью французов того времени. Последние годы царствования Людовика XIV, ознаменованные строгой набожностью двора, важностью и приличием, не оставили никаких следов. Герцог Орлеанский, соединяя многие блестящие качества с пороками всякого рода, к несчастию, не имел и тени лицемерия. Оргии Пале-Рояля не были тайною для Парижа; пример был заразителен… Алчность к деньгам соединилась с жаждою наслаждений и рассеянности; имения исчезали; нравственность гибла; французы смеялись и рассчитывали, и государство распадалось под игривые припевы сатирических водевилей». |
Секс в эпоху Просвещения. Часть 1. || Секс в эпоху Просвещения. Часть 3. || Секс в эпоху Просвещения. Часть 4. || Секс в эпоху Просвещения. Часть 5. || Секс в эпоху Просвещения. Часть 6.
обсудить (4)